Белорусы и рынок, belmarket.by

    Комментарии 14 Май 2012 11:00

    Приходу иностранного инвестора мешает отсутствие четких и прозрачных правил вхождения на рынок

    О том, с какими особенностями белорусской действительности приходится сталкиваться иностранным инвесторам, решившимся на реализацию инвестиционных проектов в Беларуси, рассказала партнер юридической компании "Власова, Михель и партнеры" Екатерина Забелло.

    - Напомните, как проходили становление и формирование белорусского законодательства в инвестиционной сфере?

    - Первый закон об иностранных инвестициях появился в 1991 году. Тогда же, в начале 90-х годов, Министерство внешних экономических связей РБ зарегистрировало первые предприятия с иностранными инвестициями. Наработанной практики как таковой не было. Кстати, первые частные белорусские юридические компании создавались тогда именно с целью удовлетворения интересов иностранных инвесторов (далее - ИИ), для которых белорусский рынок был новым и малопонятным.

    Следует отметить, что на том этапе Беларусь с точки зрения инвестиционной привлекательности, возможно, представляла даже больший интерес, чем сегодня. Именно тот первый закон об иностранных инвестициях предусматривал пятилетний мораторий для инвесторов - период, в течение которого после регистрации предприятий с иностранными инвестициями к ним не применялись нормы законодательства, ухудшающие положение и условия их деятельности.

    Тем же законом предусматривалось освобождение от уплаты налога на прибыль в течение 3 лет с момента объявления прибыли для производственных предприятий, где доля ИИ составляла более 30%. Такая льгота стимулировала привлечение иностранных инвестиций в сферу производства товаров, работ и услуг, что было очень важно в ситуации потребности в модернизации устаревших технологий. К слову, на сегодняшний день схожие преференции (причем лишь в части налогового законодательства) предусмотрены только для определенного перечня организаций, осуществляющих деятельность в населенных пунктах с численностью населения менее 50 тыс. человек.

    Тогда же, в 1991 году, появился Закон "Об инвестиционной деятельности". В 2001 году оба эти закона утратили силу в связи с принятием Инвестиционного кодекса. В период с 2001 по 2006 год в кодексе еще сохранялось правило пятилетнего моратория, но его практическое применение с каждым годом становилось все более затруднительным. Наконец, летом 2006 года это правило из кодекса исчезло, что было мотивировано необходимостью создания единых условий осуществления деятельности для ИИ и национальных предприятий.

    Тем не менее можно сказать, что в последние годы обозначился этап более осознанного правового взаимодействия с инвесторами. Началом послужило появление в августе 2009 года Декрета № 10 "О создании дополнительных условий для инвестиционной деятельности в Республике Беларусь". Например, институт инвестиционных договоров, получивший активное практическое развитие только в последние два с лишним года, был предусмотрен еще самой первой редакцией Инвестиционного кодекса в 2001 году.

    Однако практика заключения инвестиционных договоров возникла намного позже: мы сопровождали заключение первого инвестиционного договора между инвестором и РБ только в 2007 году, то есть по прошествии 6 лет после принятия кодекса. Конечно, приходилось самостоятельно нарабатывать практику, создавать проекты документов, правовые прецеденты, которые потом легли в основу дальнейшей работы. В то же время после появления Декрета № 10, то есть за два с небольшим года, заключено уже около 1.000 инвестиционных договоров.

    - Некоторые эксперты высказывают мнение, что наличия специального законодательства в сфере регулирования инвестиций вовсе не требуется. Для того чтобы достичь инвестиционной привлекательности, достаточно провести либерализацию и глубокое реформирование экономики...

    - Возможно, я озвучу не самую популярную точку зрения, но мне кажется, что если приоритетной задачей на сегодняшний день является привлечение иностранных инвестиций, то хотя бы на протяжении какого-то периода времени правила игры для инвесторов должны быть более льготными, чем для национальных предприятий.

    Однако это совершенно не исключает того, что параллельно в обязательном порядке должны идти процессы экономической либерализации и реформирования национального законодательства. На сегодняшний день уже нет смысла дискутировать, нужны реформы или нет: они просто неизбежны.

    Хотя бы по той причине, что Россия вступает в ВТО. Нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что Россия, Беларусь и Казахстан уже действуют в рамках ЕЭП, существует, по сути, единый рынок сбыта. Поэтому, хотим мы того или нет, уже в скором времени Беларусь должна будет жить по правилам ВТО. И сделать это без реформирования экономического законодательства в сфере торговли, инвестиций, ВЭД, антимонопольного законодательства невозможно: многие нормы действующего законодательства противоречат принципам этой организации.

    Вопрос состоит даже не в том, надо ли корректировать законодательство. Вопрос в том, как быстро, эффективно и, самое главное, максимально безболезненно для национальной экономики провести такое реформирование и возможно ли это в принципе.

    - Вернемся к действующему законодательству: льготы, гарантии, преференции присутствуют практически в любом нормативном акте, регулирующем инвестиционную сферу. Тем не менее инвесторы не стремятся в массовом порядке вложить капитал в белорусскую экономику.

    - Действительно, сегодня иностранный инвестор смотрит на Беларусь с опаской. Понятно, что ответ по большей части лежит в политической плоскости. Например, совершенно очевидно, что на динамике прихода европейских инвестиций негативно отразилась неопределенная ситуация во взаимоотношения с Евросоюзом.

    Есть еще один немаловажный момент. Любого инвестора интересует вопрос: может ли он получить реальные гарантии от конфискации либо национализации или хотя бы адекватную рыночную компенсацию стоимости изъятого имущества.

    На законодательном уровне эти гарантии прописаны неплохо. Более того, Беларусь является участницей международных соглашений о защите инвестиций, подписанных с подавляющим большинством государств, из которых к нам приходят инвесторы, и эти соглашения также предусматривают перечисленные гарантии. Однако одно дело - декларация защиты инвестиций, и совсем другое - реальная защита.

    У инвесторов есть принципиальный вопрос доверия к государству в целом: будут ли законы соблюдаться в полной мере? Подобных гарантий не сможет дать ни один юрист. Чтобы заработать доверие ИИ, государству необходимо годами нарабатывать положительную репутацию. Если такая репутация с годами сложится, то многие вопросы отпадут сами собой: не те или иные льготы, а именно она станет решающим аргументом для инвесторов.

    Вместе с тем следует признать, что резонансные случаи национализации, реквизиции или конфискации иностранных инвестиций мне неизвестны. Нашумевшие споры вокруг "Форда", "Кока-колы", "Макдоналдса" или "Балтики", по сути, имели иную правовую природу, не основанную на попытках национализации инвестиций государством. Какие-то споры были урегулированы и инвесторы остались на рынке, кто-то ушел. Но нужно понимать, что иногда даже негативной реакции одного крупного инвестора достаточно для того, чтобы вызвать недоверие остальных.

    Наконец, важным аспектом, сдерживающим инвесторов, является отсутствие четких и понятных правил игры и входа на рынок. Представьте, что вы планируете инвестировать в какое-либо государство, где вы до сих пор даже ни разу не были, не говоря уже о знании традиций и местного законодательства. Что было бы для вас самым важным на первом этапе, помимо разного рода инвестиционных рейтингов? Конечно же, ясность и прозрачность процедур входа на рынок.

    Да, на сегодняшний день мы имеем достаточно понятный механизм - инвестиционный договор с государством, и этот механизм активно используется. Однако даже в рамках этого инструмента для инвестора есть два пути: заключить договор по общей процедуре, получив стандартный набор льгот и преференций, либо попытаться запросить более льготные условия для инвестиций, для чего необходимо согласие главы государства.

    Но и те и другие сталкиваются с одним и тем же: отсутствием законодательно определенной "дорожной карты", детально описывающей пошаговую стратегию инвестора. При этом инвестор вынужден находиться в постоянном контакте с белорусскими чиновниками, которые не готовы работать на иностранном языке, не имеют соответствующих коммуникационных навыков в общении с представителями иностранного бизнеса, не склонны к быстрому решению возникающих у инвестора вопросов.

    Иными словами, представляют собой классическую бюрократическую структуру, от одного только общения с которой у иного инвестора пропадает всякое желание что-либо инвестировать. Он задается вопросом: если еще на стадии принятия решения череда согласований, порядок встреч и обсуждений текущих вопросов выглядят именно так, что же будет на стадии реализации проекта и так ли уж интересен этот экзотический рынок?

    Хотелось бы отдельно остановиться на вопросе урегулирования споров между инвесторами и государством. Дело в том, что все без исключения инвесторы хотят иметь больше свободы в выборе места разрешения споров с государством. В свою очередь Декрет № 10 устанавливает, что иностранный суд или арбитраж могут быть местом разрешения споров между Беларусью и инвестором только в случае, если между государством инвестора и Беларусью заключен договор о защите инвестиций и этим договором такой суд определяется как компетентный орган по рассмотрению спора. В иных случаях выбор места разрешения споров ограничивается белорусским хозяйственным судом или МАС при БелТПП.

    Если честно, в своей практике я еще не встречала ни одного иностранного инвестора, который бы добровольно выразил желание рассматривать споры с РБ в белорусском суде или арбитраже. Крупные инвесторы хотели бы иметь возможность разрешать споры в авторитетных международных арбитражах в Вене, Париже, Лондоне, Стокгольме, наконец, в Международном центре по урегулированию инвестиционных споров в Вашингтоне, который был создан в 1966 году специально для разрешения споров между инвесторами и государствами. И надо сказать, что в этом центре уже есть практика рассмотрения споров между инвесторами и государствами постсоветского пространства. У Беларуси практики участия в международном судебном или арбитражном разбирательстве с инвесторами пока нет.

    - В каком направлении, на ваш взгляд, должно проходить дальнейшее развитие законодательства в сфере регулирования инвестиционной деятельности?

    - Если мы говорим о выборе перспективных инвестиционных направлений, то это скорее вопрос к инвестконсультантам. Многое зависит от рыночной конъюнктуры. Если в докризисном 2008 году все стремились заняться строительной деятельностью, то сегодня актуальными могли бы стать иные отраслевые проекты - например, в области ИT, современных технических решений, развитии инфраструктуры, в социальной сфере и т. п.

    Конечно, любая область требует специфического правового регулирования, но хотелось бы, чтобы применительно к иностранным инвестициям это регулирование было более универсальным, не акцентированным преимущественно на строительстве.

    Требуют корректировки отдельные положения действующего законодательства. Например, после нескольких месяцев действия Декрета № 10 стало понятно, что предусмотренного им перечня льгот для инвесторов недостаточно. Летом 2011 года декрет был дополнен, перечень льгот расширился. Но одновременно появилось новое ограничение: до государственной регистрации строящихся объектов инвестор не вправе совершать с ними сделки. Смысл этого нововведения понятен: обязать инвестора профинансировать проект от начала до конца. Однако надо исходить из реалий: очень немногие инвесторы оперируют исключительно собственными средствами, а такого рода запрет делает почти невозможным привлечение соинвесторов.

    В целом, по моему мнению, инвестиционному законодательству не хватает того, о чем я уже говорила ранее: полной прозрачности и понятности для любого инвестора, даже незнакомого с белорусскими реалиями.

    Например, до тех пор пока существует практика предоставления индивидуальных льгот, новые инвесторы не будут иметь четкого понимания, чего можно ожидать от белорусского рынка. Такая практика чревата еще и тем, что инвестор, который входит на рынок, так или иначе получит информацию об индивидуальных условиях, которые были предоставлены другому инвестору или инвесторам с примерно одинаковым объемом инвестиций. Естественно, он будет стремиться получить аналогичный пакет льгот, однако не всегда это удается реализовать. В определенный момент ситуация может стать тупиковой и для инвестора, и для государства.

    Безусловно, перечень льгот может и должен зависеть от ценности (во всех смыслах) инвестиционного проекта, но этого можно достичь не практикой индивидуального льготирования, а созданием понятных параметров для предоставления того или иного пакета льгот и гарантий. Такая система, на мой взгляд, в большей степени привлечет инвесторов, в том числе крупные ТНК, чем точечное льготирование.

    В формировании инвестиционного законодательства следует также учитывать реалии, связанные с формированием ЕЭП, поскольку внутренние белорусские правила не могут противоречить правилам, принятым на надгосударственном уровне.

    Пока не совсем понятно, какая судьба ждет Инвестиционный кодекс и каким будет новый закон об инвестициях. Недавно появилась информация о том, что на весенней сессии парламента документ не будет принят, поскольку требует дополнительной проработки. Насколько мне известно, в закон планируется включить право инвестора на защиту в международных судах и арбитражах. Если это будет сделано без каких-либо ограничений, то это будет серьезным шагом навстречу интересам инвесторов.

    Хотелось бы надеяться, что новый закон станет тем самым документом, который снимет существующие проблемные вопросы и при этом не создаст новых.

    Деловые и бизнес новости
      Добавить комментарий

      Календарь бизнес событий
      • выставки
      • презентации

      © Издательство «Дело (Восток+Запад)».

      Все права защищены.

      При использовании материалов активная индексируемая ссылка на www.delo.by обязательна.

      ISSN DELO (online) 1608-1404

      220004, Минск, пр. Победителей, 11

      email: delo@delo.by