Delo.by,

    Комментарии 7 Июн 2017 14:49

    Гордиев узел «плохих» долгов

    Из древнегреческой мифологии известно, что гордиев узел принято рассекать одним ударом меча. Вряд ли так получится сделать с запутанным узлом неплатежей, отяготивших белорусскую экономику. Его придется распутывать, попутно меняя «правила игры» и в бизнесе, и в банковской сфере

    Денис Лавникевич,
    специально для «Дела»

    Неплатежи – своего рода «грипп» национальной экономики. А он, как известно, не смертелен, но делает человека нефункциональным. То же самое происходит с экономикой – не случайно финансовые эксперты любят словосочетание «эпидемия неплатежей». С этой проблемой экономика Беларуси столкнулась в прошлом году – в 2015-м у предприятий еще оставались оборотные средства и даже накопления после «тучных» лет. Но за 2015 год их «проели», и по итогам 2016-го финансовые результаты работы предприятий показали бурный рост просроченной задолженности по кредитам. Одновременно обострилась смежная проблема – корпоративный сектор нарастил задолженность за потребляемую тепловую и электрическую энергию.

    Государство, в первую очередь, обратило внимание на вторую проб­лему. Глава Минэнерго Владимир Потупчик на коллегии своего министерства заявил, что промышленные предприятия своевременно не платят за энергоресурсы. Как следствие, газораспределительные предприятия, подведомственные Минэнерго, берут кредиты, чтобы рассчитаться за российский газ. По данным Минэнерго, на начало 2017 года задолженность потребителей за энергоресурсы составляла 868 млн рублей и продолжала увеличиваться. Причем речь идет именно о реальном секторе, то есть о промышленных предприятиях, большинство из которых остается в государственной собственности. По данным Нацбанка, более 80% прироста неплатежей также связано с деятельностью предприятий с госкапиталом. Получается, что, по большому счету, государство должно самому себе. Вот только из-за бесконечного бюрократизма в стране до сих пор нет эффективного механизма разрешения этого внутреннего конфликта.

    Но и первая составляющая проб­лемы никуда не уходит: корпоративный сектор Беларуси в последнее время несвоевременно платит не только за энергоресурсы, но и по кредитам. Просроченная задолженность предприятий по кредитам и займам увеличилась за 2016 год почти в 1,8 раза – до 2,6 млрд рублей на 1 января 2017 года. Причем, по традиции, больше всего проблем с погашением долгов у сельскохозяйственных организаций. За 2016 год просроченная задолженность организаций Минсельхозпрода выросла в 2,1 раза – до 1,4 млрд рублей.

    Проблемы села

    Отвлекусь на небольшую ремарку. Год назад я был в одном средних размеров колхозе в Минской области уже переименованном в СПК, но, по сути, так колхозом и оставшемся.

    Вижу картину: на ремонтном дворе труженики села готовят к сезону видавшие виды тракторы выпуска 80-х годов прошлого столетия. А неподалеку под навесом стоят пять тракторов «Беларус», новеньких, в смазке и защитном покрытии, то есть прямиком с завода.

    Спрашиваю у председателя: «Почему на новых не работаете»? На что он отвечает: «Нас райисполком заставил их в лизинг взять, а банк под это дело кредит дать. Но я-то знаю, что мы кредит по итогам года не выплатим, так что трактора придется вернуть. Так лучше я их непользованными верну, чтобы еще долг не повесили».

    Вот и один из механизмов возникновения задолженностей в агропроме. Напомню, что проблема «плохих долгов» в АПК в какой-то момент (в 2015 году) встала настолько остро, что правительству пришлось разработать большую программу по финансовому оздоровлению сельхозорганизаций – президент утвердил ее своим указом 4 июля 2016 года.

    Как такая поддержка будет выглядеть? Одним агропредприятиям предстоит пойти на досудебное оздоровление, другим – на банкротство. На финансовые вливания смогут претендовать хозяйства, которые представят бизнес-план, «содержащий меры по досудебному оздоровлению… с указанием лиц, на которых возлагается ответственность за его реализацию». В том числе речь идет о персональной ответственности председателя соответствующего исполкома. Среди мер оздоровления для сельхозпредприятий – рассрочка погашения обязательств по платежам, по возврату бюджетных ссуд и займов, по налогам и сборам, по платежам за электроэнергию, газ и тепло, а также «обнуление» налога на прибыль и ряда других налогов.

    Кому это уже не поможет – будут банкротить. Однако никто не отменял и социальную составляющую всего этого процесса, в частности, жесткого требования президента «не выгонять людей на улицу». Особенно на селе, где найти другую работу практически невозможно. При таком раскладе банкротство агропредприятия может означать, что в нем поменяют директора и вольют еще больше государственных денег в уставный фонд, лишь бы у местного исполкома проблем не было.

    Впрочем, пока президентский указ выполняется. Совет Министров еще осенью 2016 года утвердил перечни сельскохозяйственных организаций, подлежащих досудебному оздоровлению, а также сельхозпредприятий, в отношении которых необходимо провести процедуру экономической несостоятельности (банкротства). Из соответствующего документа следует, что досудебному оздоровлению подлежат 323 сельхозорганизации, а в отношении 102 возбудят процедуру банкротства.

    Агентство по долгам

    Есть во всей этой ситуации и положительный момент – в правительстве решили использовать мировые практики по разрешению проблемы неплатежей и «плохих» активов. В результате чего летом прошлого года было создано ОАО «Агентство по управлению активами», которое теперь занимается проблемными предприятиями. По словам заместителя министра финансов Юрия Селиверстова, данное агентство, принимая от банков проблемные кредиты предприятий, будет заниматься финансовым оздоровлением должников.

    «Агентство может дать отсрочку на обслуживание проблемных долгов. Кроме того, оно сможет рассмотреть бизнес-планы таких предприятий и принять меры, необходимые для оздоровления этих организаций. Если этого будет недостаточно, тогда можно будет вести речь о щадящем режиме банкротства таких предприятий», – пояснил Юрий Селиверстов. Вместе с тем создание агентства – не панацея, а дополнение к необходимым структурным реформам, которые должны быть направлены на повышение эффективности гос­предприятий.

    По информации БелаПАН, в Агентство по управлению активами за последние месяцы из банковского сектора были переданы долги примерно 200 предприятий на сумму более полумиллиарда руб­лей. При этом в Совмине не скрывают, что Агентство было создано не просто из-за роста проблемных активов в коммерческих банках, но прежде всего из-за напряженной ситуации в «Белагропромбанке», который финансирует агропромышленный комплекс страны.

    Еще одна важная задача Агентства по управлению активами – работать с убыточными предприятиями так, чтобы максимально избежать их банкротства, поскольку последнее неизбежно приведет к росту социальной напряженности.

    «Немедленное банкротство – это удар по трудовому коллективу, который остается без работы. Государство не стало резать по живому, а щадящим образом решило подойти к проблемным предприятиям. Возможно, платежеспособность отдельных организаций (благодаря рассрочке) удастся восстановить, – говорит финансовый аналитик Исследовательской группы BusinessForecast.by Александр Муха. – Важно, чтобы на проблемные предприятия пришли инвесторы, которые смогут организовать выпуск востребованной продукции и вывести ее на новые рынки сбыта».

    Напоследок замечу, что Агентство по управлению активами находится в ведении Госкомимущества. До этого была попытка создать похожую структуру на базе Банка развития, который изначально также создавался как инструмент для санации «плохих» активов. Однако потом в правительстве решили создать параллельную структуру, менее зависимую от банковской сферы.

    У Нацбанка – свой подход

    Нацбанк предлагает свои варианты разрешения проблемы с неплатежами. Начальник управления финансовой стабильности НБРБ Игорь Могилевич так описывает свое видение снижения уровня проблемных активов белорусских банков:

    «Наши оценки не сверхоптимистичны, но полагаем, что есть все основания надеяться на то, что уровень проблемных долгов должен уменьшаться. По крайней мере, период быстрого роста этого показателя пройден. Ухудшения конъюнктуры не ожидается. Собственно говоря, текущие результаты работы предприятий позволяют надеяться, что хуже быть не должно. Но и быстрого улучшения ждать не приходится, потому что бремя долгов легко не разрешается».

    По его словам, проблема – в условиях, на которых предприятия брали кредиты.

    «Банки в этом смысле тоже не свободны – они ограничены условиями, на которых привлекают ресурсы от домашних хозяйств, внешних кредиторов. В этом плане проблемы решаются достаточно медленно. Но все стороны этих отношений уже осознали сложность ситуации, находят способы взаимодействия, обеспечивающие позитивное разрешение проблемы», – констатировал Игорь Могилевич.

    Сегодня доля проблемных активов банков в активах, подверженных кредитному риску, составляет 13,3%. Причем в 2016-м этот показатель заметно вырос, что вызывает озабоченность у Национального банка. Ведь для банков это дополнительные расходы по формированию резервов, а иногда и потерянные доходы. С другой стороны, не все эти 13,3% кредитов признаны безнадежными.

    «Они обслуживаются. Просто по большей части этих кредитов у банков есть основания опасаться за финансовое состояние предприятий в среднесрочной перспективе. Поэтому при классификации они относят этих кредитополучателей к потенциально проблемным», – пояснил начальник управления НБРБ.

    Сложность в том, что одни только банки с неплатежами разобраться не могут, здесь нужны совместные усилия (предприятий, банков и государственных органов) по повышению эффективности, прежде всего, госпредприятий. При поддержке уже упоминавшегося Агентства по управлению активами. Как показывает мировая практика, такого рода агентства эффективно действуют тогда, когда параллельно функционирует долговой рынок. Поскольку агентство должно иметь возможность продавать долги предприятий. В крайнем случае, когда нет возможности повысить эффективность предприятия, придется принимать решения по нахождению более адекватного собственника. Но это последний шанс избежать банкротства. Хотя уже сама такая возможность будет мотивировать всех участников рынка более ответственно относиться к обязательствам. А с другой стороны – поможет банкам избавиться от «плохих» долгов и увеличит налоговые поступления в бюджет.

    Стоит упомянуть еще один способ решения проблемы неплатежей – конвертацию долгов в собственность с последующей передачей ее банкам-кредиторам. Эту технологию тоже продвигает Нацбанк. На прошедшем в середине апреля круглом столе «Новая стратегия развития финансового рынка: что изменится до 2020 года» начальник управления развития рынка ценных бумаг Национального банка Александр Раков рассказал, что сейчас готовится проект президентского указа, предусматривающий возможность реструктуризации кредитной задолженности хозяйственных обществ перед всеми банками путем ее трансформации в акции.

    «В действующей редакции указа №88 такая возможность предоставлена только государственным банкам. Готовящимся проектом указа предусматривается, что к реструктуризации будут отнесены некоторые элементы, связанные с прощением долга субъектов хозяйствования перед банками», – пояснил Александр Раков. – Мы хотим, чтобы банк и предприятие вне зависимости от форм собственности имели возможность, договорившись друг с другом, решить вопросы с проблемной задолженностью во внесудебном порядке».

    Деловые и бизнес новости
      Добавить комментарий

      Календарь бизнес событий
      • выставки
      • презентации

      © Издательство «Дело (Восток+Запад)».

      Все права защищены.

      При использовании материалов активная индексируемая ссылка на www.delo.by обязательна.

      ISSN DELO (online) 1608-1404

      220004, Минск, пр. Победителей, 11

      email: delo@delo.by